Ну вот и как

И снова здравствуй. Пока ничего лучше на ум не приходит. Пару лет назад я бы просто пошел и нахуярился. За пару дней попустило бы. Сейчас даже поговорить толком не с кем. Психотерапевт - нахуй, глядя на всех вокруг, это ка дизайнера нанять - избавиться от лишних денег и времени. Как, блять, докатился до такой жизни? Сначала ты просто становишься хорошим и правильным, делаешь как надо, а не как хочешь. Чувство долга, чувство вины, вся эта херня, и немного чувства такта и воспитания. В чужое не лезь, это неприлично, ты должен заботиться, защищать, должен, Блять, должен, сука всем, блять, должен. И вот, ты уже без денег, в долгах, без любимого дела и только и думаешь, как закончить эту ебаную, тебе нахер не нужную красоту. за деньги которых у тебя нет. Потому что забота, все в порядке. Это тебе все похуй, ты же не веришь в депрессию и прочее, а вот она бывает, это страшно тяжело, но у тебя такого и потому у тебя все хорошо. У родителей тоже должен быть заботливый состоявшийся в жизни сын, а то как же. Вот лет пять такой терапии и ты понимаешь, что ты вообще ничего не хочешь, кроме как вкусно пожрать и послать все нахер. Ты это куча долгов и больше ничего. Навести в мастерской порядок ты просто не можешь просто потому, что ты понимаешь, что у тебя не будет на нее ни времени ни сил, и единственно верное решение это просто собрать и выкинуть или продать все. Так же как и зарезать все счета и набрать еще кредитов. И все это похоже на то, как мать едет из другого города покормить своего взрослого ребенка и постирать ему вещи, потому что он не умеет. Но зато тебя любят, ты для всех близких удобный и приятный, как рулон трехслойной туалетной бумаги. И совершенно непонятно как такое могло произойти.
И вот еще, кончаются интересные люди. То ли умирают, то ли перестают быть интересными.

Была первая половина зимы

Была первая половина зимы. С самого утра прошлого понедельника это не давало покоя. То есть, Он, конечно, не переживал, не дергался, но что-то, похожее на маленькую занозу, щетину под воротником или маленький камушек в ботинке сводило на нет прежнюю безмятежность. Сезон дождей давно прошел, он был пережит вполне благополучно, и даже его весьма ненадежное укрытие выстояло под напором стихии. В этом году сезон дождей выдался довольно спокойным. Была сухая зима. Руины песчаного замка, потемнев от влаги, пыли и замерзшего, некогда зеленоватого, налета водорослей, вырастали каждое утро из тьмы мрачным чудищем на горизонте. Зима была сухая, холодная и темная. Солнца почти не было. Была серость и пронизывающий ледяной ветер, когда Он спускался в подвал за водой, то приходилось проходить в комнату, две стены и часть потолка, который были размыты, и пронизывающий ледяной ветер безумно носился по всем направлениям, не давая никакой возможности на спасение. В эти моменты он пробегал как можно быстрее к люку, открывал его и, практически запрыгивая, старался как можно быстрее закрыть его, хватаясь онемевшими пальцами за холодные ржавые кольца на крышке люка. Кольца были старые и ржавые с соляными и ледяными наростами, они царапали в кровь замерзшие ладони, потому, проникнув внутрь подвала, приходилось вытирать кровь. Иначе, она могла попасть в кувшин и испортить воду. В подвале не было ветра, было темно и очень сыро, а потому не так холодно, но долго оставаться там тоже было нельзя, от сырости он замерзал еще быстрее.
Так прошел уже месяц, оставалось еще два, воды оставалось предостаточно, но от холода не было никакого спасенья. Огонь. Он проснулся в ту ночь от этой мысли и не смог уснуть до самого утра. Огонь. Он представлял на себе его тепло, глаза непроизвольно щурились от его яркого пламени. От этих мыслей становилось теплее, но потом пронизывающий невыносимый холод настигал его. Огонь. Именно это не давало ему покоя. Он не мог спать, почти перестал спускаться в подвал и только грезил горячими рыжими языками, оплетающими его со всех сторон, проникающим в него теплом и светом. Он помнил, что когда-то припрятал его, он спал в своем убежище, стоило только разбудить.
Следующие два дня прошли в бреду, Он не покидал свой угол, его бросало в жар, он покрывался холодным потом, одежда вымокла насквозь, и теперь от холода сводило все тело. Что это? Почему именно так? Зачем вообще эти мысли? Он недоумевал. Несколько раз стучали в дверь, но он не открыл. Да и зачем? Дыры в стенах были такими огромными, что человек мог свободно зайти внутрь, даже не пригибаясь, надо было лишь сделать несколько шагов в сторону от двери.
На третий день продолжало лихорадить и Он, собрав последние силы, поднялся и побрел к заветному тайнику. Вокруг было темно, пыльно и грязно. Старый хлам попадался под ноги и пару раз он довольно больно упал. Разодрал рубаху, щека и бок кровоточили, ноги были разбиты, онемевшие руки в ссадинах, но боли не чувствовалось. С каждым движением накатывал жар и до тайника он добрался уже взмокшим, все тело трясло, раны начинали саднить и болеть.
Присев к стене, Он начал освобождать пол: откинул в стороны коробки и мусор, сдвинул ковер. Теперь осталось снять пару плиток. Было совершенно темно, приходилось двигаться на ощупь. А что если не здесь? Если он ошибся? Нет, точно тут. Плитка не поддавалась. Он начал шарить рукой по сторонам. Что-то металлическое, тяжелое. Труба или что-то похожее. Несколько сильных ударов забрали последние силы, и он повалился на разбитую плитку. Несколько минут отдыха и, не поднимаясь, Он начал откидывать острые осколки и крошки. Вскоре он нащупал теплую металлическую коробочку, оставалось только поднять и открыть ее. Крышка легко подалась и яркий свет на мгновение ослепил. Пришлось отвернуться и закрыть отвыкшие от яркого света глаза. Внутри трепетал маленький огонек. Он был слаб и с каждым мгновением становился все меньше. Ему нужна была пища. Воспрянув духом, Он ощутил прилив сил. Быстро поднявшись, он начал подносить к нему все, что попадалось под руку. Вначале это были тетради, книги и тряпки, затем в ход пошла мебель и деревянные вещи, происхождение и назначение которых Он уже и не помнил. Огонь разгорался очень быстро и вскоре стал уже самостоятельно поглощать все вокруг. Сперва Он отодвигался от него и завороженно наблюдал, а затем, мысли полностью покинули разум, и только необычайное очарование обжигающих беснующихся рыжих языков приковывало взгляд.
Комната была охвачена огнем, смерзшиеся песчаные блоки быстро расползались и стекали черной шипящей жижей. Потом подался потолок, и искрящие языки пламени резко устремились вверх. Кипящие расплавленные стены обрамляли огненное беснование, в центре, которого, уже без движения лежал, устремив свой неподвижный взгляд вверх, Он. Была первая половина зимы.

(no subject)

Я мало пишу в Твиттер, в жж и вообще в соцсетях, выдалась минутка и считаю это отличной возможностью сказать почему.
1) это отнимает много времени, которое никто не вернёт. Никогда.
2) это мешает сосредоточиться на выполнении дел.
3) в этом есть смысл, если я хочу сказать что-то всем. Я редко хочу сказать что-то широкой публике. Как правило есть что-то личное и для этого есть ЛС, мыло, телефон и встреча.
Вообще соцсети съедают слишком много времени и сил.
Всем продуктивного дня и хорошего окончания недели!

(no subject)

Это планочка, надо зафиксировать.
Тройку лет назад по любому серьезному поводу навалил бы тут целую кучу соплей или еще чего, сейчас такого нет, вот она взрослость, все себе, все в себе или при личной беседе, без протокола, однозначно.

100% непопадание

Наверное хуже всего непонимание. Когда твои слова воспринимаются просто не так, просто не серьезно, настолько, что в ответ пустая вежливость. Мы часто слышим обращения в свой адрес и зачастую все воспринимаем как банальные просьбы, и попытку манипуляции, хотя далеко не всегда так происходит на самом деле. Иногда мы не слышим и не слушаем, а потом может быть больно. Столько сил тратится на бесполезные объяснения, на глупые и пустые слова, что мы перестаем воспринимать и чувствовать друг друга.

(no subject)

Дело ясное и очевидное, все дневники и прочее исключительно от одиночества. По сути, одиноки все и всегда, многое мы не можем рассказать даже самым близким. То ли реакции какой-то боимся, то ли просто она не нужна, хотя ответ следует почти всегда, даже когда он не нужен, это вполне логично и естественно. Впрочем, речь не об этом. У меня всегда прекрасно обстояли дела с памятью, не считая пробелов по дикому угару))) а сегодня, перечитывая одну переписку, поймал себя на мысли, что многое ускользает в последнее время. То есть, я помню, как начал ходить и первые падения, чувство страха и неуверенности при этом. Помню первую любовь в детском саду. Помню даже как в два года напугал сестру, когда мы гуляли во дворе, она болтала с подругами и не играла со мной, я обиделся и спрятался в нише под балконом первого этажа ближайшего дома, шороху было... И много чего еще помню, далеко не все, к слову, помнить стоило бы, но факт. А вот то, что было на прошлой неделе или пару месяцев назад не помню, или помню событие, но когда именно оно произошло, затрудняюсь ответить. С большой уверенностью могу сказать, что человек знающий, специалист по данным вопросам вполне мог бы помочь расставить мне все точки над "I", но поскольку это не спортивно, а в гугл любой дурак залезть может, что начисто лишает данный поступок оригинальности и права на его осуществление в любой подобного рода ситуации, то я решил пораскинуть остатками мозга самостоятельно. Скорее всего данные умозаключения являются неверными и несколько наивными, но меня, как обывателя, вполне устраивают, тем более, что важно было не качество результата, а скорее процесс и сам факт его достижения. Итак, что получается: события раннего детства как наиболее значимые, по причине их относительно более высокой важности, откладываются очень хорошо, в дальнейшем значимость каждого отдельного события, в среднем, снижается, вместе с чем сокращается и количество запоминаемых фактов и событий, при одновременном росте их количества в жизни. Момент следующий (брюзжание): более свободный доступ к информации, огромное ее количество и способы ввода и фиксирования (мы не пишем руками, мы печатаем, почти все автоматически сохраняется на серверах, флешках, жестких дисках) позволяют не стараться запоминать, то есть, мы не откладываем информацию глубоко не используем долговременную память, в пользуемся небольшим буфером, который постоянно обновляем. Первое умозаключение печально тем, что жизнь по факту становится жиже и тускнее (по крайней мере, мне так иногда кажется) а второе, тем, что через несколько лет вспоминать будет нечего, кроме детских и может юношеских воспоминаний, а ведь память не только событий, но и ощущений, запахов и звуков, восприятия в целом, это опыт, формирующий человека.

Сказка

Он шел небыстрой, не очень твердой походкой и дыханье было неровным. Небо было темным, и щебень под ногами выдавал себя только тусклым мокрым блеском, едва достаточным для того, чтобы верно ступать. Шел дождь. Сезон дождей редок, и совсем неясно больше от него вреда или пользы, но дождь необходим, факт. С неба вода пресная, на земле она есть почти всегда, но грязная или соленая. Дождь почти всегда холодный и достаточно долгий, после него очень редко бывает солнечно и довольно ветренно, очень легко продрогнуть и заболеть. Скорее всего так будет и в этот раз, но поделать нечего, укрыться нечем и негде, огня он, как обычно, тоже не припас, да и сухих дров не найти. Идти труднее. Дорога поднимается вверх и ноги начинают скользить по грязи и щебню, несильно, наверное, просто усталость и темень. Он несет чашу, хотя она более походит на кувшин с широкой горловиной. Пока он идет, она наполняется дождем. Она довольно большая и нести ее приходится обеими руками. Впереди резкий подъем, он делает шаг, но нога попадает на большой камень и он подскальзывается на нем. Удержать равновесие не удается, он только успевает вытянуть и поднять руки с кувшином вверх перед падением. Холодный мокрый щебень легко входит в лицо и шею, потом резкая боль. Аккуратно поставив свою ношу он пытается подняться, локти разбиты, лицо и шея в крови, судя по вкусу во рту, он принимается поставлять голову и шею дождю, смывает кровь сидя в грязи. Утирается рваным рукавом, тело болит. Пытается осмотреть кувшин- не понятно, но вроде цел, хотя и почти пуст, все разлито, а может еще и трещина, значит вода будет уходить через нее. Делать нечего, он берет его в руки и подставляя дождю идет дальше. Дождь скоро закончится

Тебе череп не жмет?

Выходные, помимо моря алкоголя и довольно насыщенного общения подарили еще кучу пищи для ума. Несколько затруднило пережёвывание этой самой пищи некоторые провалы в памяти, удалившие из хроники некоторые детали, но суть уже восстановлена и даже некоторым образом переварена. Так вот, получил я кучу претензий и сожалений относительно своей "неправильной", с морально-этической точки зрения некоторых людей, жизни. Мол, "какого х** ты такая с*ка? Ты же умный! Чего тебе не хватает? Живи как все и все будет отлично!" Так вот, нельзя жить отлично и чувствовать себя гандоном, как нельзя жить отлично, кидая людей через одно место и искренне считая всех и вся дерьмом недостойным. Не по людски это. С гадами надо по гадски, это да, так я могу, так можно. Ну а улыбнуться лишний раз и поболтать минут десять, так это тоже с кем угодно можно. И вот когда я послал про себя всех этих доброжелателей, так хорошо мне стало, что уже третий день не отпускает!)))
В общем, всем добра и гармонии, живите по совести.

(no subject)

Вот непонятно, то ли это осень, то ли просто приплыли, но по ходу какая-то херня. Иногда хочется просто послать всех вокруг нахер, абсолютно всех с этими бесконечными претензиями и требованиями, обидами, соплями, необязательностью, тупыми проебами. Можно считать что мне просто по херу, причем реально по херу. Если долго долго трахаться, потом просто никакой чувствительности и желания нет. Вот так же, только радости и удовлетворения нет.